Музыканты Shortparis выпустили новый альбом «Илиада» – первый после скоропостижной смерти лидера группы, поэта, актера Николая Комягина.
Николай Комягин родился 31 января 1987 года в Новокузнецке. В 2011 году в Петербурге основал группу Shortparis, куда вошли Александр Ионин и Павел Лесников из Новокузнецка, позже – Данила Холодков и Александр Гальянов. Музыканты определили свой жанр как пост-поп, поп-нуар или авант-поп, сочетая электронику, пост-панк, этнические мотивы и академический вокал. Широкую известность группе принес в 2018 году клип на песню «Страшно». Всего у Shortparis вышло пять альбомов: «Дочери» (2013), «Пасха» (2017), «Так закалялась сталь» (2019), «Яблонный сад» (2021), «Илиада» (2026). Группа всегда была в оппозиции поп-мейнстриму. Музыканты прославились своими шоу в неожиданных местах (от продуктовых магазинов до провинциальных ДК) и бескомпромиссными художественными высказываниями. Николай Комягин был бессменным фронтменом, вокалистом, автором текстов и главным идеологом группы.
В самом начале российского вторжения в Украину 25 февраля 2022 года Николай Комягин вышел на несанкционированную антивоенную акцию у Гостиного двора в Санкт-Петербурге, за что был оштрафован властями. На концертах группы в те первые месяцы войны зрители вместе с артистами скандировали антивоенные лозунги. Клип группы «Яблонный сад» воспринимался аудиторией как открыто антивоенный.
Осенью 2023 года провластное движение «Зов народа» и другие провластные активисты писали доносы в СК, МВД, ФСБ и Минюст РФ с требованием проверить Shortparis на «дискредитацию армии» и признать их «иностранными агентами». Концерты группы стали отменять.
На вопрос почему музыканты тем не менее не покидают Россию Комягин отвечал, вспоминая народную песню «Горе мое, горе»:
«Время сейчас непростое, и часть наших друзей покинула Россию по разным причинам. … горе, которое горюет сейчас наша страна в том числе, мы должны горевать вместе, проживая это время вместе… Я чувствую, что обязан здесь остаться. Для нас это стратегия существования сейчас».
Комягин умер 20 февраля 2026 года от остановки сердца после тренировки по боксу. Ему было 39 лет. Попрощаться с ним в Федоровский собор, а потом на Смоленское кладбище пришло около двух тысяч человек.
«Весь Новокузнецк был усыпан яблоками»
Многие поклонники группы говорят, что именно в годы войны, растерянности и страха музыка и тексты Shortparis стали для них важной поддержкой.
– В сентябре 2022 года я уехал в эмиграцию, внимание переключилось на житейские проблемы. А осенью 2025-го я вдруг увидел, что будет концерт в Тбилиси, и понял, что не могу его пропустить. Денег на билет не было, но мне его достали – и я был очень впечатлён, переслушал тогда все их последние песни. А 20 февраля 2026 года меня, как всех, застала врасплох новость о смерти Николая, – вспоминает 32-летний москвич Александр (мы не называем фамилии собеседников из соображений их безопасности – С.Р.). – Я был как раз на Мтацминде («Святая гора» в Тбилиси — С.Р.). Я думал, что у меня сейчас остановится сердце. Было очень тяжело. А вскоре я уже ставил свечку в храме святого Давида, где похоронен Грибоедов. В ту ночь я спал часа 2 – как будто что-то внутри меня прорвалось. Как я потом понял, прорвало всех, кому тоже был близок Николай – такого резкого всплеска любви к тому, кто ушел, и друг к другу я никогда не видел. С одной стороны, ты потрясен потерей, с другой – тем, сколько людей чувствуют то же самое. 22 февраля было Прощёное воскресенье, совпавшее с грузинской Берикаобой (древний грузинский языческий карнавал – С.Р.). Мы с друзьями поехали в Кахетию. Нам там встретились ребята, молодые грузины, двадцатилетние, я вбил в переводчик тост за Николая, и один из них протянул мне яблоко – напоминание о «Яблонном саде».
Александр написал пост о Комягине в Threads. Среди откликнувшихся на него был человек из Новокузнецка. Вместе они решили сделать в родном городе музыканта какую-то акцию его памяти.
– Нас там в чате несколько человек объединилось, и мы решили на 40 дней 28 марта разложить на улицах Новокузнецка яблоки и карточки со стихами Николая. И все это отснять.
– Времени было мало, но мы успели. Весь Новокузнецк был усыпан яблоками. В Новокузнецке такого никогда не было. Яблоки и карточки можно было брать, но, видимо, все думали: это так невероятно красиво, это искусство, пусть лежит.
По словам Александра, все, кто готовил памятную акцию «Яблонный сад», настолько сблизились, что стало ясно – это только начало.
– Хотелось создать среду для этих прекрасных людей. Так ведь и зарождаются связи, идеи, творческие союзы – мы вошли во вкус. Ребята в Новокузнецке сходили в музей на выставку, где была работа, посвященная Николаю, с надписью «Длинный металл, короткий Париж». В Петербурге родилась идея сделать что-то на Пасху – есть же у Shortparis альбом «Пасха». В Париже на Пасху же звонили в колокола в память о Николае. В Москве цветы в память о Николае несли и несут к местам, связанным с Новокузнецком – у метро «Новокузнецкая» был стихийный мемориал, а в самом Новокузнецке у памятника Маяковскому. А себя поклонники группы называют «шортпарижане».
Постепенно к движению «шортпарижан» присоединялось все больше людей, которые, говорит Александр, не разделяют друг друга на оставшихся и уехавших. Всех объединяет общая память и общая боль.
– Мы живём в пространстве подавления свободы, достоинства, идеология манипулирует людьми через страх. Человека ломают, лишают воли, он не верит в себя, несчастен, одинок и легко управляем – потому и страшно. Для меня в этом смысле очень важен клип Shortparis «Гетто в озере» – яркое антивоенное высказывание, построенное на стихотворении Андрея Вознесенского «Зов озера» (1965), посвященного памяти жертв Холокоста. Вознесенский написал его после рыбалки на озере в Ивано-Франковской области, узнав, что оно искусственное – налитое нацистами поверх рва, где лежали тела убитых евреев из гетто. Вознесенский приводит даты расстрела людей, лежащих во рву под озером, а Комягин добавляет даты рождения уже моих ровесников, родившихся в конце девяностых – начале нулевых, которые гибнут сейчас на этой войне.
В Инстаграме теперь есть большой аккаунт «Улица Комягина». Там публикуются архивные фотографии, редкие видеозаписи, обзоры концертов, новости, связанные с историей группы.
Участница этой группы Вера говорит, что музыка «Shortparis» вошла в ее жизнь в 2022 году «в тот самый момент, когда почва стала уходить из-под ног, и то, что казалось незыблемым, стало рушиться на глазах».
– Встреча с музыкой Shortparis началась с клипа «Яблонный сад«. Тогда его все пересылали друг другу – даже те, кто ничего не знал о Shortparis. Мне его прислала подруга. Мы пересматривали его снова и снова, узнавая в нём свои эмоции, свой ужас. Я прочла, что Shortparis – петербургская группа, стала слушать их записи и поняла, что мне надо их услышать вживую, – говорит Вера.
Ей повезло, она попала на концерт в ноябре 2022 года в Москве.
– Они покорили меня неукротимым духом свободы. Их песни помогали мне переносить боль и скорбь, накрывшие меня тогда. На концерте собралось тысяч пять. Звучали русские народные песни, плачи, очень точно передававшие душевное состояние многих. В их перформансе «Как прекрасен этот мир» я увидела отсылку к словам Виктора Франкла «Как прекрасен мог быть этот мир». Так я воспринимала эти слова в 2022 году. Мне их песни помогали разделить с ними навалившийся ужас происходящего, чувство вины, потребность в покаянии, осознание собственного бессилия – эмоции, с которыми трудно жить. Но мы живы, а Николай не смог этого пережить. Он был очень честен с собой: на сцене он все проживал по-настоящему, всем сердцем.
«Россия была его местом»
Для музыкального критика, журналиста и продюсера Бориса Барабанова важно, что группа Shortparis и Комягин вышли далеко за рамки сценического искусства
– Николай работал в музеяхНиколая Комягин — искусствовед по образованию. До того как полностью посвятить себя музыке, несколько лет работал обычным школьным учителем истории и мировой художественной культуры (МХК) в Петербурге, учил детей, занимался просвещением, например, делал экскурсии для бездомных по петербургским музеям. В его музыкальных работах и перформансах – отголоски всего на свете, от античной трагедии и песни «Полюшко-поле» до перформанса как жанра современного искусства. Его знаменитый концерт в петербургском продуктовом магазине «Продукты 24» произвёл фурор, это был и концерт, и акт перформативного современного искусства, – говорит Борис Барабанов. – Я встречался с Комягиным и видел, как он переживал по поводу происходящего в стране. Но Россия действительно была его местом, хотя он и полемизировал со всеми стереотипными представлениями о русской культуре. При этом его «Яблонный сад», клип с хором ветеранов, который можно трактовать как стёб с постмодернистским уклоном, в то же время наполнен и сочувствием, и уважением к этим людям
Занимая однозначно антивоенную позицию, Комягин, отмечает Барабанов, не склонен был смотреть на вещи упрощенно – плакатно.
– Альбом Shortparis «Илиада» – это эпическая попытка частного человека понять, что с ним происходит в стране под названием Российская Федерация – но такая попытка – это уже в какой-то степени антивоенное высказывание. И должен признать, при всём уважении, что этот альбом сегодня работает гораздо серьёзней, чем песни Михаила Борзыкина или «Ногу свело». Возможно, начало войны требовало плаката, но сейчас этот язык исчерпан, надо искать другой. Не плакатный. Обложка альбома «Илиада» ассоциируется с «Апофеозом войны» (картина Василия Верещагина, 1871 – С.Р.), это не прямая цитата, а внутренняя перекличка. Хотя там написано «Илиада» и не написано «Ты прости нас, Украина». А «Песня Слабака» – это же песня человека, который ни на войну не пошёл, ни в оппозиции не состоит, ни на какие митинги не ходит. Он осознанно сдался на милость обстоятельств. Автобус, грязные боты – этот образ очень емко описывает среднестатистического жителя России. Напрямую эту песню не назовешь антивоенной, но любая попытка действительно понять происходящее сейчас уже становится антивоенной, поскольку противоречит генеральной линии партии и правительства. Вообще, само название альбома «Илиада» – это же ниточка, протянутая через все войны. Хотя мы не можем не думать о сегодняшней войне, это бесконечное поклонение смерти шире, чем конкретные жертвы конкретной войны. Когда у общества нет подлинных идей и ценностей, их место и занимает победобесие, – говорит Барабанов.
«Мы все живём на улице Комягина»
Так говорит Надежда, одна из участниц сообщества «шортпарижан», которые нашли друг друга уже после смерти Николая.
– Мы зацепились друг за друга и этой болью, и большой любовью к творчеству Shortparis, и общими ценностями. Одна из главных – ценность человеческой жизни, – говорит Надежда. – А одной из самых обнадеживающих фраз в «Илиаде» для меня стала фраза –»Молодость вступит в права». Меня радует, что на «Улицу Комягина» приходит много совсем молодых людей, хотя вообще-то основная аудитория Shortparis – миллениалы, ровесники Комягина… Многие в сообществе уже познакомились лично. И я уверена, что «Улица Комягина» будет жить и развиваться, хотя раньше я и не представляла, что можно вот так взять и познакомиться с таким множеством людей, и чувствовать, будто мы всю жизнь были вместе.
